Ипполит Римский. «Обличение всех ересей», VII.14.1-27.71

14.1. Итак, теперь, когда в предыдущих шести книгах мы изложили мнения предшествующих (еретиков), кажется, нельзя умолчать и об (учении) Василида, которое (происходит) из положений Аристотеля Стагирита, а не Христа. Но хотя ранее нами (уже) было изложено учение Аристотеля¹, нас не затруднит сейчас 5. привести его вкратце, чтобы читателям из более близкого сопоставления этих (двух доктрин) было хорошо видно, что [изобретения]² Василида по сути (являются) мудрствованиями Аристотеля³.

15.1. Так, Аристотель разделяет сущее натрое, ибо одно (разделение) его есть род, другое – вид, а третье – неделимое⁴. Неделимое, говорит он, не из-за малых размеров тела, но по природе не способное как бы то ни было подвергнуться делению. Род же – это словно некая куча, 5. состоящая из множества разнообразных семян, (и) из этой кучи выделяются⁵ все виды возникших (существ). И род есть единое⁶, которое охватывает все возникшее. А чтобы сказанное стало ясным, покажу на примере, посредством которого можно будет пройти всю теорию Перипатетика.

16.1. Мы говорим, что есть просто «животное», не какое-либо (конкретное) животное. Это «животное» – не бык, не конь, не человек, [⁷] и ничто из этого оно не означает, но просто – «животное». От этого «животного» получают сущность виды всех животных в частности. И это, лишенное видового определения «животное» есть 5. [начало] для всех животных, возникших внутри видов, и не является (при этом) ни одним из возникших. Ведь есть животное «человек», которое получает начало от того «животного» (вообще), и животное «конь», которое (также) получает начало от того «животного». [Так, и человек, и]⁸ конь, и бык, и собака, и каждое из других животных получает начало от «животного вообще», 10. которое не является ни одним из них.

17.1. Если же это «животное» не есть ни одно из них, (значит), согласно Аристотелю, сущность возникших возникла из не-сущих⁹. Ведь (это) «животное», из которого произошли по отдельности те (животные), не есть ни одно (из них) – (следовательно), будучи «ничем», оно стало неким одним началом сущих. А кто установил это не-сущее начало возникших, скажем позже, когда дойдем до этого пункта.

18.1. Когда, как я сказал, сущее разделяется натрое, на род, вид (и) неделимое, и мы установили, что «животное» – это род, а «человек» – вид, уже отделенный от множества (других) животных, но еще смешанный и не сформировавшийся в реальный вид сущего, то, оформив при помощи имени 5. [отдельно]¹⁰ взятого из рода человека, я называю его Сократом, или Диогеном, или одним из множества имен, и когда я воспринимаю «человека» – вид, возникший из рода – по имени, такую сущность я называю неделимой. Ибо род делится на виды, вид – на неделимые (части), а неделимое, когда становится постигаемо по имени, 10. по природе не может быть поделено на что-либо другое, подобно тому как мы поделили каждый из вышеупомянутых (разделов сущего).

Эту «сущность, называемую так в самом основном, первичном и безусловном смысле» Аристотель называет «(сущностью), которая не говорится ни о каком подлежащем и не находится ни в каком подлежащем»¹¹. О подлежащем 15. говорит род – как, например, «животное» общим именем называет всех в отдельности подлежащих животных – быка, коня, человека и прочих. Ибо истинно высказывание, (гласящее), что человек – животное, бык – животное, и так далее. (Высказываться) «о подлежащем» – означает, будучи одним, 20. быть способным высказываться о многих и отличающихся по виду (вещах). Ведь как «животное» ни конь ничем не отличается от человека, ни бык, ибо определение «животное» подходит всем животным, высказываясь (о них всех) вообще. Ведь какое бы животное мы не определяли, (это) определение охватывает всех животных. Животное же – это существо одушевленное¹², чувствующее: это бык, конь, человек и 25. всякое другое.

Находящееся же «в подлежащем», говорит он, это «то, что не будучи частью, не может существовать отдельно от того, в чем оно находится»¹³. А это – каждое из сопутствующих, которое называется качеством, посредством которого мы высказываем о вещах, каковы они – например белые, [голубые]¹⁴, черные, справедливые, несправедливые, мудрые, (глупые)¹⁵ 30. и тому подобное. Ибо невозможно ничему из этого быть самому по себе, но нужно пребывать в чем-то.

Если же ни (понятие) «животное», которое я высказываю обо всех вообще животных, ни сопутствующие (признаки), которые находятся во всем, чему они сопутствуют, не могут существовать сами по себе, а из них образуются неделимые, (следовательно) 35. разделяющееся натрое сущее состоит из не-сущих и ни из чего иного¹⁶. Итак, «сущность, называемая так в самом основном, первичном и безусловном смысле» состоит из этих (частей), (то есть), согласно Аристотелю, она произошла из не-сущих.

19.1. Но сказанного о сущем теперь достаточно. Сущее же называется не только родом, видом и неделимым, но также материей, видом и лишенностью, (хотя одно разделение) не отличается от другого. Если же сущее таково, то устройство мира произошло, 5. согласно ему (Аристотелю), таким именно образом. Мир, согласно Аристотелю, разделен на многочисленные и разнообразные части. И та часть мира, которая (простирается) от Земли до Луны, лишена предвидения, неуправляема, довольствующаяся только своей собственной природой. (Часть) же, которая (простирается) от Луны до поверхности неба установлена в полном порядке, 10. провидении и управлении. Поверхность же (неба) является некоей пятой сущностью, отличной от всех природных элементов, из которых состоит мир, и эта пятая сущность, согласно Аристотелю, есть будто бы некая надмирная сущность¹⁷.

А учение о разделении мира и (о)¹⁸ 15. философии у него (также) разделяется. Ведь есть у него некое исследование «Физика», где он занимается вещами, которые естественным образом и без (участия) провидения обустраиваются (в пространстве) от Земли до Луны. Есть у него и некое другое, особое рассуждение о надлунной (части), озаглавленное «Метафизика». Есть же у него и особенное учение «О пятой сущности», 20. которое содержит его богословские воззрения. Таково, образно говоря, «разделение учений» Аристотелевой философии.

Учение же его «О душе» непонятно. Ведь на основании всех трех книг невозможно ясно сказать, что думает о душе Аристотель. Ведь определение, которое он дает душе, 25. легко сказать, а что означает (это) определение – малопонятно¹⁹. Ибо он говорит, что душа есть энтелехия природного материального тела²⁰, а чтобы понять, что это такое, нужно очень много²¹ слов и большое исследование. А Бога, виновника всех этих благ, познать еще труднее души, даже если рассматривать в более протяженном исследовании. 30. Ведь определение, которое Аристотель дает Божеству, не трудно сказать, но понять – невозможно. Ибо он говорит, что (Бог) есть мышление мышления²², что значит «абсолютно несуществующий»²³. Мир же, согласно Аристотелю, бессмертен и вечен, он не имеет в себе ничего дурного, будучи управляем провидением и природой. 35. Аристотель же создал учения не только о природе, мире, провидении и Божестве, но есть у него также некий этический трактат. Эти книги, благодаря (чтению) которых нрав у слушателей делается из плохого хорошим, называются «Этика».

(Итак), если окажется, что Василид переделывает мнения Аристотеля в наше евангельское и спасительное Учение не только по смыслу, но и самими его (Аристотеля) словами и терминами, то что останется нам, кроме как, вернув чужое, доказать его ученикам, что поскольку они язычники, «нет им никакой пользы от Христа»²⁴.

20.1. Итак, Василид и Исидор, родной сын и ученик Василида, говорят что Матфей сообщил им тайные слова²⁵, которые он услышал от Спасителя, обучаясь (у него) особо. Давайте посмотрим, как явно Василид вместе с Исидором и весь хор этих (еретиков) не 5. просто клевещут на Матфея, но даже и на самого Спасителя.

Было, говорит (Василид), когда ничего не было, но «ничего» не было чем-либо из сущего, но просто, ясно и без всякого софизма было совершенно Ничто. Когда же я говорю «было», утверждает он, говорю не в смысле «было», но чтобы обозначить 10. то, что хочу показать: (а именно), что оно было совершенно Ничто. Это же, говорит он, просто «не-неизреченное», которое называется «неизреченным». Ведь мы его называем «неизреченным», а оно – «ненеизреченное». (Хоть) «не-неизреченное» и именуется «не-неизреченным», но оно, говорит (Василид), «превыше всякого имени именуемого»²⁶.

15. Ибо в мире, говорит он, вполне достаточно имен, – настолько он многообразен, – но их не хватает, и я на самом деле не в состоянии, говорит он, подыскать имена всем вещам. Но следует не именами, а посредством мышления неизреченно постигать свойства именуемых (предметов). Ведь омонимия вводит слушателей в замешательство и заблуждение относительно предметов.

20. Итак, они, совершая это первое присвоение и кражу у Перипатетика, обманывают свою невежественную паству. Ведь Аристотель, родившийся на много поколений ранее Василида, привел в «Категориях»²⁷ учение об омонимах, которое они (выдают за) 25. свое собственное и нечто новое, и разъясняют как одно из неких тайных речений Матфия.

21.1. Итак, когда он говорит, что не было ничего – ни материи, ни сущего, ни не-сущего, ни простого, ни сложного, ни умопостигаемого, ни чувственного, ни человека, ни ангела, ни Бога, ничего совершенно из именуемых, чувственных или умопостигаемых вещей, 5. даже если их всех перечислять так до последнего – Не-Сущий Бог, которого Аристотель называет «мышлением мышления», а они – Не-Сущим, без мышления, без чувства, без желания, непреднамеренно, бесстрастно и невольно пожелал сотворить мир. Я говорю «пожелал», утверждает (Василид), в смысле: без (участия) воли, мысли и чувства. Мир же (имею в виду) не тот, который 10. произошел в результате разделения и позднее раздался в ширину, но семя мира. А семя мира имело в себе все, как горчичное зерно²⁸ содержит все, слитое²⁹ вместе, охватывая (это) в наименьшем (объеме): корни, ствол, ветви, листья, неисчислимое количество зерен, порожденных растением, и опять семена множества 15. все новых и новых растений³⁰.

Так Не-Сущий Бог сотворил не-сущий мир из не-сущих (элементов), произведя и установив некое (не-сущее)³¹ семя, содержащее в себе всю всесемянность мира. А чтобы сделать то, что они говорят, более ясным (приведу такой пример): подобно тому как яйцо пестрой и разноцветной птицы, например павлина или некой другой, еще более многообразной и многоцветной, будучи единым, содержит в себе множество видов³² многообразных, многоцветных и многосложных сущностей, так, говорит он, произведенное Не-Сущим Богом несущее семя содержит одновременно многообразную и многосущностную всесемянность мира.

22.1. Итак, всем, о чем можно сказать или оставить незамеченным³³, должен был быть снабжен мир, которому предстояло возникнуть из семени, необходимым образом в определенные сроки взращиваемого таким Божеством, которого творение не может ни высказать, ни постигнуть мышлением. 5. (То, чему, как не-сущему, предопределено возникнуть)³⁴, сохранялось в семени, подобно тому, как у новорожденного младенца мы наблюдаем позже появление зубов, отцовских черт³⁵ и умственных способностей, и все, что ранее не существовало, (но) мало по малу из новорожденного становится человеком.

10. Поскольку затруднительно утверждать, что от Не-Сущего Бога произошла некая эманация, (он вводит) не-сущее (семя)³⁶ – ведь Василид избегает и боится (говорить) о сущностях того, что возникло в результате эманации. Ибо в какой эманации – (спрашивает он)³⁷ – или в какой материальной субстанции нуждается Бог, чтобы сотворить мир, подобно тому как паук (нуждается) в нитях паутины или как смертный человек для работы берет 15. медь или дерево, или что-либо иное из природных материалов? Но Он «сказал» – утверждает (Василид) – «и возникло»³⁸. И это, как утверждают эти люди, есть сказанное Моисеем: «Да будет свет! И возник свет»³⁹. Откуда, спрашивает он, возник свет? Из ничего. Ведь не написано, говорит (Василид), откуда, но только (сказано, что он возник) из голоса того, кто говорит. 20. Говорящего же, утверждает он, не было; не было и того, о чем говорилось.

Итак, говорит он, из не-сущего произошло (не-сущее)⁴⁰ семя мира, Слово изреченное: «да будет свет»! И это, говорит он, то, о чем говорится в евангелиях: «был свет истинный, просвещающий всякого человека, приходящего в мир»⁴¹. (Ведь весь мир)⁴² 25. берет начало от того семени и освещается. А это семя, содержащее в себе всю всесемянность, есть то, что Аристотель называет родом, разделяющимся на бесчисленные идеи, подобно тому как мы отделяем от «животного», которое не существует, быка, коня, человека⁴³. Итак, когда семя мира таково, как утверждают эти (еретики), 30. (Василид) говорит: «Что бы я ни сказал о возникшем после этого, не спрашивай «откуда (оно взялось)?. Ведь семя содержит в себе все, лежащее как в сокровищнице, словно не-сущее, которому Не-Сущий Бог предназначил возникнуть». Посмотрим же, какое порождение семени мира они называют первым, какое вторым, а какое третьим. (Василид) говорит, что 35. в этом семени было трехчастное сыновство, во всем единосущное Не-Сущему Богу, происшедшее из не-сущих. (Одна часть) такового разделенного натрое сыновства – тонкая, иная – (грубая, а другая) нуждается в очищении⁴⁴.

Итак, тонкая (часть) сразу же, в первую очередь, одновременно с возникновением 40. первого произведения семени от Не-Сущего, встрепенулась, поднялась и вознеслась снизу вверх так быстро, как (сказано) у поэта⁴⁵:

…будто на крыльях мысли,⁴⁶

и оказалась, говорит (Василид), рядом с Не-Сущим. Ведь к нему из-за изобилия (в нем) блага и красоты устремляется, каждая по-своему, всякая природа⁴⁷.

45. Более же грубая (часть), еще остающаяся в семени, будучи некоторым образом подражательной, не могла вознестись. Ведь так как ей сильно недоставало тонкости, которой обладало само собой возносящееся сыновство, она осталась (внизу). Поэтому более грубое сыновство снабдило себя таким крылом, которым учитель Аристотеля, Платон, окрыляет душу в «Федоне»⁴⁸, 50. а Василид называет это не крылом, но Святым Духом, облачившись в который сыновство оказывает и получает благодеяния. Оказывает (и получает)⁴⁹ благодеяния он, потому что подобно тому как птичье крыло само по себе, отдельно от птицы, не поднялось бы высоко в воздух, и птица, лишенная крыла, не взлетела бы высоко, 55. так и сыновство находится именно в таком отношении к Святому Духу, а Святой Дух – к сыновству.

Итак, сыновство, вознесенное Святым Духом словно крылом, вознесло (вместе с собой и) крыло, то есть Дух, и само оказалось рядом с тонким сыновством и Не-Сущим Богом, сотворившим 60. не-сущий мир из не-сущих, однако оставить (Дух) у себя не смогло. Ведь он не был единосущен и был чужд по природе сыновству⁵⁰. Ведь как для рыб противоестественен и пагубен чистый и сухой воздух, так и для Духа Святого было противоестественно это самое неизреченное из неизреченных и «превышающее всяческое наименование»⁵¹ 65. местопребывание Не-Сущего Бога и сыновства.

Итак, оказавшись рядом с тем блаженным, немыслимым и неописуемым словами местом, сыновство оставило его, но не вовсе одиноким и не лишенным (близости) сыновства. Ведь подобно тому как когда самое благовонное миро положено в сосуд, то даже если (сосуд) 70. будет тщательно опустошен, все равно некоторый аромат мира еще пребывает и остается (в сосуде), а сосуд обладает запахом мира, даже не содержа мира, так и Дух Святой остался без участия в сыновстве и покинутый (им), но (он) содержит в себе, наподобие мира, силу – аромат сыновства⁵². И это, 75. (говорит он)⁵³, о чем сказано: «как миро на голове, стекающее на бороду Аарона»⁵⁴, то есть аромат, доносящийся от Святого Духа сверху вниз вплоть до бесформенности и нашего пространства, откуда начало восходить сыновство, возносящееся, говорит (Василид), словно на крыльях и на спине орла. 80. Ведь все, говорит он, стремится снизу вверх, от худшего к лучшему, и не настолько безумны те, кто (находятся) в лучших (местах), чтобы не оставаться (там), а сойти вниз⁵⁵. Третье же сыновство, говорит (Василид), нуждающееся в очищении, осталось в огромной груде всесемянности, будучи также оказывающим и получающим благодеяния. А каким именно образом оно оказывает и получает благодеяния, мы расскажем позже, дойдя до соответствующего места.

23.1. Итак, после того как совершилось восхождение первого и второго сыновства, и остался (там пребывать) вышеописанным образом сам Дух Святой, между надмирными (областями) и миром была установлена твердь. Ведь Василид разделяет сущее на два основных и первых раздела и 5. называет один из них миром, а другой – надмирьем, а границей между миром и надмирьем он называет Дух, который Свят и обладает пребывающим в нем ароматом сыновства. И вот, когда твердь возникла, встрепенулся и родился от мирового семени 10. и груды всесемянности Великий Архонт, глава мира, великая и благая сила невыразимая. Ведь он, говорит Василид, самый неизреченный из неизреченных, сильнейший из сильных, мудрейший из мудрых, и какое из достоинств ни назови – во всем наилучший.

Родившись, он поднялся, взлетел и вознесся 15. вверх вплоть до тверди, которую счел пределом (своего) восхождения и возвышения и решил, что за ней нет совершенно ничего. Ведь он был всех нижележащих, пребывавших в мире существ мудрее, сильнее, значительнее, прекраснее⁵⁶ любой из различных красот, которые только можно назвать, 20. кроме одного только сыновства, еще остававшегося во всесемянности. Ведь он не знал, что (сыновство) мудрее, сильнее и лучше его. Но полагая, что он господин, властелин и «мудрый строитель»⁵⁷, он обращается к (созданию) всякого мирского творения. И в первую очередь он решил не оставаться в одиночестве, но создал себе и породил из нижележащих (элементов) 25. Сына, который намного лучше и мудрее его. Все это предусмотрел Не-Сущий Бог, когда производил всесемянность. Увидев же Сына, он изумился, и возлюбил (его), и поразился: ибо такая красота Сына явилась Великому Архонту. И посадил его Архонт одесную себя. Согласно им, это 30. то, что называется Восьмерицей, (местом) где восседает Великий Архонт. Так, все наднебесное творение, то есть эфирную (область), создал сам Демиург, великий и мудрый, а (со)действовал⁵⁸ и советовал ему родившийся у него Сын, который был гораздо мудрее самого Демиурга.

24.1. Это то, что Аристотель называет энтелехией природного материального тела⁵⁹, действующая в теле душа, без которой тело не может произвести ничего более великого, более замечательного, более сильного и более мудрого [чем тело].⁶⁰ Суждение, которое Аристотель первым дал о душе и теле, 5. Василид произносит применительно к Великому Архонту и его Сыну. Ведь Архонт, согласно Василиду, породил Сына, а Аристотель говорит, что душа – функция и результат (деятельности) тела – есть энтелехия природного материального тела. Подобно тому как энтелехия управляет телом, так, 10. согласно Василиду, Сын управляет неизреченнейшим из неизреченных Богом.

Итак, все эфирные (области) предусмотрены и обустроены Великим Архонтом – (то есть области), которые (простираются) до Луны, ибо с того места воздух отделен от эфира. Когда же все эфирные области были обустроены, опять возник из всесемянности другой Архонт, 15. превосходящий все нижележащие (элементы) кроме, разумеется, оставшегося внизу сыновства, но во многом уступающий Первому Архонту. А этот называется у них также «изреченным»⁶¹, а то место называется Седьмерицей. И этот (Архонт) является творцом, правителем и Демиургом всех нижележащих (областей). Сотворил и он себе из всесемянности Сына 20. более разумного и мудрого, чем он сам, подобно тому, что было сказано о Первом Архонте. А то, что располагается в этом пространстве, говорит (Василид), есть сама груда и всесемянность. И все возникшее возникает естественным образом, как то, чему предстоит быть порожденным Тем, кто указывает намеревающемуся возникнуть когда, каким образом оно должно (родиться) и каковым ему следует (быть). И нет у него ни наставника, ни смотрителя, ни создателя, ибо достаточно для него того замысла, который замыслил НеСущий Бог, когда творил мир.

25.1. Когда, согласно им, был завершен весь мир и надмирье, во всесемянности осталось еще третье сыновство, оставленное, чтобы оказывать и получать благодеяния в семени. И нужно было оставшемуся сыновству открыться и восстановиться, 5. и взойти наверх за границу Духа к сыновству тонкому, подражательному и (к сыновству) не-сущему, как, утверждает он, написано: «и сама тварь» «стенает и мучится доныне», «ожидая откровения сынов Божьих»⁶². А сыны Божии, говорит он, это мы – духовные, оставленные здесь, чтобы 10. обустраивать, формировать, исправлять и совершенствовать души, природа которых состоит в том, чтобы пребывать в этом измерении. «Ведь от Адама до Моисея грех царил мире»⁶³, как, говорит он, написано. Ведь царствовал Великий Архонт, обладающий властью вплоть до тверди, полагая, что 15. «он один есть Бог и нет никого выше его»⁶⁴. Ведь все было сохраняемо в тайном Безмолвии. Это, говорит он, «таинство, прежним поколениям незнакомое»⁶⁵. Но в те времена царем и господином всего был, как (ему) казалось, Великий Архонт, Восьмерица. Но был и у этого измерения царь и господин – (другой Архонт)⁶⁶, 20. Седьмерица, и Восьмерица является неизреченной, а Седьмерица – изрекаемой. Это, утверждает (Василид), архонт Седьмерицы, который, обращаясь к Моисею, говорит: «Я – Бог Авраама, Исаака и Иакова», а имя Божие не сообщил ему»⁶⁷. Ведь они хотят, чтобы так было написано, то есть (что он не назвал имя) Бога – неизреченного архонта Восьмерицы. 25. Так, все пророки до Христа, утверждает он, говорили оттуда⁶⁸.

Итак, когда нам, говорит (Василид), детям Божьим, в ожидании откровения которых стенало и мучилось творение, нужно было открыться, в мир пришло Благовестие, и оно прошло через 30. «всякое начало, и власть, и силу, и господство, и всякое имя именуемое»⁶⁹. Так оно пришло, хотя ничто не снизощло свыше, и блаженное сыновство не удалилось от того блаженного и непостижимого Не-Сущего Бога. Но подобно тому как индийская нефть воспламеняется даже на очень большом расстоянии, так снизу, 35. от бесформенной груды, силы распространяются вверх вплоть до сыновства. Ведь подобно нефти Сын Великого Архонта Восьмерицы – словно будучи некоторым (родом) горючего вещества – притягивает и воспринимает мысли от блаженного сыновства, (расположенного) по ту сторону границы Духа⁷⁰. Ведь сила в середине Святого Духа, 40. пребывающая на границе сыновства, передает текущие и несущиеся мысли от блаженного сыновства Сыну Великого Архонта.⁷¹

26.1. Итак, он говорит, что первый раз Благовестие пришло к Архонту от сыновства через восседающего вместе с Великим Архонтом Сына, и Архонт узнал, что он не был Богом всего, но что он был рожден и имеет над собой вышележащее 5. сокровище неизреченного и неименуемого Не-Сущего (Бога) и сыновства. И он, осознав, в каком пребывал неведении, ужаснулся и обратился (к истине). Это, говорит (Василид), о чем сказано: «страх Господа есть начало мудрости»⁷². Ибо (Архонт с того момента) начал совершенствоваться в мудрости, наставляемый восседающим рядом с ним Сыном и научаемый тому, что есть не-сущее, что такое сыновство, что такое Святой 10. Дух, каково устройство всего и когда все будет восстановлено. Это – «мудрость, изрекаемая в таинстве», о которой, утверждает он, говорит Писание: «(изрекаемая) не от человеческой мудрости изученными словами, но наученными от Духа»⁷³. Итак, говорит (Василид), когда Великий Архонт был наставлен, научен и устрашен, он исповедался в 15. грехе, который совершил, возвеличивая себя. Это, говорит он, о чем сказано: «грех свой я осознал и признаю свое беззаконие. В этом я буду исповедоваться во веки»⁷⁴.

После же того как был наставлен Великий Архонт, было наставлено и обучено все творение Восьмерицы, и таинство стало известно наднебесным, 20. Благовестию следовало также прийти в Седьмерицу, чтобы и Архонт Седьмерицы подобным образом был научен и получил Благовестие. (Поэтому) Сын Великого Архонта просветил Сына Архонта Седьмерицы светом, который он воспринял свыше, от сыновства, и просветился Сын Архонта Седьмерицы, и возвестил 25. Благовестие Архонту Седьмерицы, и таким же образом, как было описано выше, он также ужаснулся и исповедался.

Когда же и все, (находящееся) в Седьмерице просветилось и Благовестие было им возвещено – а ведь согласно им, были сотворены бесчисленные измерения и миры, и начала, силы и власти, 30. о которых у них есть весьма пространное и подробное учение, где они говорят, что существует 365 небес, и правителем их является Абрасакс, потому что числовое значение букв его имени 365, так что сумма имени охватывает все (сущее), и поэтому год состоит из трехсот шестидесяти пяти дней⁷⁵ – 35. (так вот), когда, говорит (Василид), все это произошло, надлежало просветиться также и нашей бесформенности, и лежащему в бесформенности подобно выкидышу сыновству (должно было) открыться «таинство, прежним поколениям неизвестное»⁷⁶, как, говорит он, написано: «в откровении я познал таинство»⁷⁷ и «слышал неизреченные слова, которые человеку нельзя 40. произносить»⁷⁸.

От Седьмерицы свет, пришедший свыше от Восьмерицы сыну Архонта Седьмерицы, снизошел на Иисуса, сына Марии, и он просветился, охваченный сияющим в нем светом. Это, говорит он, о чем сказано: «Дух Святой 45. найдет на тебя»⁷⁹, (то есть свет)⁸⁰, прошедший от сыновства через границу Духа в Восьмерицу и Седьмерицу вплоть до Марии, «и сила Всевышнего осенит тебя»⁸¹, то есть сила разделения⁸², нисшедшая свыше, с высоты сыновства, через Демиурга вплоть до творения, в котором находился 50. Иисус. До тех пор, говорит Василид, мир будет пребывать в таком состоянии, покуда все сыновство, остающееся в бесформенности, чтобы оказывать душам благодеяния и получать (благодеяния), преобразившись, не последует за Иисусом и не взойдет и не поднимется, очистившись и став наитончайшим, так чтобы быть в состоянии взойти самостоятельно, подобно первому (сыновству). 55. Ведь оно обладает всей силой, которая естественным образом устремляется к свету, сияющему сверху вниз.

27.1. Итак, когда взойдет, говорит (Василид), все сыновство и окажется по ту сторону границы Духа, тогда помиловано будет творение. «Ведь оно стенает и мучается доныне, и ожидает откровения сынов Божьих»⁸³, чтобы все принадлежащие сыновству люди взошли отсюда (наверх). Когда 5. это произойдет, говорит (Василид), Бог нашлет на весь мир Великое Неведение, чтобы все пребывало в согласии с природой, и никто не желал ничего противоестественного. Ведь все души, принадлежащие этому измерению, которые по своей природе (могут) только в нем оставаться бессмертными, останутся (здесь), не зная ничего отличного или лучшего, чем это измерение. 10. И не будет в нижележащих (областях) ни слуха, ни знания о вышележащих, чтобы нижележащие души не терзались, стремясь к невозможному, подобно рыбам, желающим пастись в горах вместе с овцами. Ведь такое желание, говорит (Василид), стало бы для них погибелью. Ведь все, говорит он, будет бессмертным, пока остается на своем месте, но (станет) смертным, 15. если захочет превзойти и покинуть (подобающие) ему по природе места.

Таким же образом и Архонт Седьмерицы ничего не будет знать о вышележащих, ведь и его постигнет великое неведение, чтобы удалилось от него «горе, печаль и стенание»⁸⁴. Ведь он не будет желать ничего невозможного и не опечалится. Так постигнет 20. это неведение и Архонта Восьмерицы, и все подчиненные ему творения, чтобы никто никоим образом не желал ничего противоестественного и не печалился. И так произойдет восстановление всего, что коренилось в начале во всеобщем семени, и чему надлежит восстановиться (в своих областях)⁸⁵ в свое время.

25. А о том, что всему свое время, утверждает он, в достаточной мере свидетельствует Спаситель, говоря: «еще не пришел час мой»⁸⁶, а также волхвы, наблюдавшие звезду его. Ведь время его рождения и час восстановления, говорит (Василид), также были рассчитаны Не-Сущим Богом в великой груде (всесемянности). 30. Они считают его «внутренним человеком»⁸⁷, духовным в душевном, который является третьим сыновством, оставляющим здесь душу не как смертную, но как присущую ему по природе, подобно тому как и предыдущее высшее сыновство оставило Святой Дух пределом в свойственном ему месте – (Дух), который тогда служил ему душой⁸⁸.

35. А чтобы не пропустить ничего из их (положений), я изложу и то, что они говорят о Благовестии. Благовестие, согласно им, это знание надмирных (существ), как было разъяснено выше, неведомое Великому Архонту. Когда же объяснили ему, что есть Дух Святой, то есть «рубеж», и сыновство, и Не-Сущий Бог, причина их всех, 40. он обрадовался сказанному и возвеселился, и это (веселие), согласно им, есть Евангелие⁸⁹.

Иисус же, согласно им, родился таким образом, как мы рассказывали: когда вышеописанные события произошли, согласно им, случилось все так, как написано о Спасителе в евангелиях. Произошло же это для того, 45. говорит (Василид), чтобы Иисус стал началом распределения смешанных (элементов)⁹⁰. Ведь в то время как мир разделен на Восьмерицу, – которая есть глава всего мира, а главой (Восьмерицы)⁹¹ является Великий Архонт, – и на Седьмерицу, – которая есть глава (подлунного мира, а главой)⁹² Седьмерицы является 50. Творец нижележащих, – и на это наше измерение, где находится бесформенность, необходимо было (еще) распределить смешанные (элементы) посредством разделения Иисуса. Ведь он претерпел это⁹³, так как была у него телесная часть, которая принадлежала бесформенности и в бесформенность возвратилась. Воскресло же то, что было его душевной частью, которая принадлежала 55. Седьмерице и в Седьмерицу возвратилась. Воскресло же и то, что было свойственно высоте Великого Архонта, и осталось у Великого Архонта. Вознеслось же вверх то, что принадлежало границе Духа, и осталось на границе Духа. И через него было очищено третье сыновство, 60. остававшееся (в бесформенности)⁹⁴ чтобы оказывать и получать благодеяния, и взошло к блаженному сыновству, пройдя через все эти (области).

Вся же их гипотеза о смешении⁹⁵, (груде) всесемянности, распределении и восстановлении смешанных (элементов) [*]⁹⁶. Ведь началом распределения стал Иисус, 65. и страдание (его) произошло не ради чего иного, но чтобы распределено было смешанное. Ведь все сыновство, оставленное в бесформенности чтобы оказывать и получать благодеяния, должно быть распределено таким образом, каким был распределен Иисус. Таковы мифы Василида, который, обучаясь в стране египтян и научившись у них этой премудрости, произвел такие плоды.

Источник: Егоренков И. С. Источники гностического христианства и «Обличение всех ересей» Ипполита Римского / И. С. Егоренков; отв. ред. И. С. Гребцова. – СПб.: Алетейя, 2025. – 316 с.

Примечания